Haydamak (haydamak) wrote,
Haydamak
haydamak

Category:

Пионерлагерь




Детство кончится когда-то
Ведь оно не навсегда
Станут взрослыми ребята
Всем скорей всего пизда

Вожатый одобрительно смерил меня взглядом.
- Вместе хотите ползти, или по очереди? - спросил он. Я заметил у него в руке зеленую сумку с противогазом.
- Ну как же они вместе поползут, Коля, - застенчиво сказала вожатая, - когда у тебя противогаз один. По очереди.
Митёк, чуть оглянувшись на меня, шагнул вперед.
- Одевай, - сказал вожатый.
Митек одел противогаз.
- Ложись.
Он лег на пол.
- Вперед, - сказал Коля, щелкая секундомером.
Корпус был длинной не меньше пятидесяти метров, а коридор был длинной во весь корпус. Поверхность пола была затянута линолеумом, и когда Митек пополз вперед, линолеум тихо но неприятно завизжал. Конечно, Митек не уложился в три минуты, которые назначил вожатый - он не дополз за них даже в один конец, - но когда он подполз к нам, Коля не заставил его повторить маршрут, потому что до конца тихого часа оставалось всего несколько минут.
Митек снял противогаз. Его лицо было красным, в каплях слез и пота, а на ступнях успели вздуться натертые о линолеум волдыри.
- Теперь ты, - сказал вожатый, передавая мне мокрый противогаз. - Приготовиться...

Загадочно и дивно выглядит коридор, когда смотришь в его затянутую линолеумом даль сквозь запотевшие стекла противогаза. Пол, на котором лежишь, холодит живот и грудь; дальний его край не виден, и бледная лента потолка сходится со стенами почти в точку. Противогаз слегка сжимает лицо, давит на щеки и заставляет губы вытянуться в каком-то полупоцелуе, относящемся, видимо, ко всему, что вокруг. До того, как тебя слегка пинают, давая команду ползти, проходит десятка два секунд; они тянутся томительно-медленно, и успеваешь многое заметить.
Вот пыль; вот несколько прозрачных песчинок в щели на стыке двух линолеумных листов; вот закрашенный сучок на планке, идущей по самому низу стены; вот муравей, ставший после смерти двумя тончайшими лепешечками и оставивший после себя маленький мокрый след в будущем - в полуметре, там, куда нога шедшего по коридору ступила через секунду после катастрофы.
- Вперед! - раздалось над моей головой, и я весело, искренне пополз вперед.
Наказание казалось мне скорее шуткой, и я не понимал, чего это вдруг Митек так скуксился. Первые метров десять я прополз мигом; потом стало труднее.
Когда ползешь, в какой-то момент отталкиваешься от пола верхней частью ступни, а кожа там тонкая и нежная, и если на ногах ничего нет, почти сразу же натираешь мозоли. Линолеум прилипал к телу, и казалось, что сотни мелких насекомых впиваются мне в ноги, или что я ползу по свежепроложенному асфальту.
Я удивился тому, как медленно тянется время - в одном месте на стене висела большая пионерская акварель, изображавшая крейсер Аврору в Черном море, и я заметил, что уже довольно долго ползу мимо нее, а она все висит на том же месте.

И вдруг все изменилось. То есть, все продолжалось по-прежнему - я так же полз по коридору, как и раньше - но боль и усталость, дойдя до непереносимости, словно выключили что-то во мне. Или, наоборот, включили.
Я заметил, что вокруг очень тихо, только под моими ступнями скрипит линолеум, словно по коридору катится что-то на ржавых колесиках; за окнами, далеко внизу, шумит море, и где-то еще дальше, словно бы за морем,
детскими голосами поет репродуктор:

- Прекрасное далеко, не будь ко мне жестоко,
Не будь ко мне жестоко, жестоко не будь...

Жизнь была ласковым зеленым чудом; небо было неподвижным и безоблачным, сияло солнце - и в самом центре этого мира стоял двухэтажный спальный корпус, внутри которого проходил длинный коридор, по которому я
полз в противогазе. И это было, с одной стороны так понятно и естественно, а с другой - настолько обидно и нелепо, что я заплакал под своей резиновой мордой, радуясь, что мое настоящее лицо скрыто от вожатых и особенно от дверных щелей, сквозь которые десятки глаз глядят на мою славу и мой позор.
Еще через несколько метров мои слезы иссякли, и я стал лихорадочно искать какую-нибудь мысль, которая дала бы мне силы ползти дальше, потому что одного страха перед вожатым было уже мало. Я закрыл глаза, и настала ночь, бархатную тьму которой изредка пересекали вспыхивающие перед моими глазами звезды. Опять стала слышна далекая песня, и я тихо-тихо, а может быть и вообще про себя, запел:

- От чистого истока в прекрасное далеко
В прекрасное далеко я начинаю путь.

Над лагерем пронесся светлый латунный звук трубы - это был сигнал подъема. Я остановился и открыл глаза. До конца коридора оставалось метра три. На темно-серой стене передо мной висела полка, а на ней стоял желтый лунный глобус; сквозь запотевшие и забрызганные слезами стекла он выглядел размытым и нечетким; казалось, он не стоит на полке, а висит в сероватой пустоте.

(с) В.Пелевин "Омон Ра"


Наверное это в продолжение воспоминаний и раздумий о детской сексуальности пришло. Вспомнилось такое явление как пионерлагерь


Тем более еще в этом году летом меня, внезапно занесло в пионерлагерь "Мечта", что под Орлом, и где, в противовес убеждениям всем ностальгирующим по СССР, ничего особенно не изменилось.


Режим строгача, все тот же.
Обязательный просмотр телека, подготовка юных тушек к политинформации, к пению хором, к танцам маленьких утят


Списки запретов на передачу все те же, идентичные по своей тотальности виданным мною в исправительной колонии


И антураж полностью тот.
Героические парни, сморкающиеся во флаг, с гранатой в руке.
Такая, звенящая пелевинщина, советизмы доведенные до абсурда.

А у вас в детстве был пионерлагерь? Пласт воспоминаний, от зарницы до мазания друг друга зубной пастой.


Я был пионером-горнистом
Трубою махал серебристой
Меня уважала дружина
И даже вожатая Инна

После отбоя пускала
Меня под свое одеяло
И долго, пока не заснула
В трубу мою, чавкая, дула (с) ХЗ


У кого первые сексуальные переживания связаны с пионерлагерем, и какие?


Потому что пионерлагерь, где бок о бок живет в заполненных палатах разнополая ребятня, не может не запускать бурления - всех этих девочковых секретиков, дневничков и всех этих пацанячьих натужно грубоватых разговоров, сплетен и изобретением способов подсмотреть девочковую раздевалку


Есть во всей этой коммуне что-то сладко-стыдное.

А есть и что-то горько страшное.


Детство кончится когда-то
Ведь оно не навсегда...


Станут взрослыми ребята. Кого пригасят, а кто и сам потухнет. Потускнеют, как у наркомана, глаза.

От чистого истока, в прекрасное далёко
В прекрасное далёко я начинаю путь
Tags: Rosseûško-Matuško, В детство ясноокое плацкартный билет, Путешествия, Цветы жизни
Subscribe
promo haydamak ноябрь 2, 2017 16:21 3
Buy for 100 tokens
Я Александр "haydamak" Бутенко, и у меня много ипостасей, писательство - одна из них. Да, я пишу книги, мне это нравится, моим читателям тоже, и я намереваюсь какое-то время делать это и впредь. Что это за книги? Рассказываю про "Если бы Конфуций был блондинкой". Мои книги возможно…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments