Haydamak (haydamak) wrote,
Haydamak
haydamak

Categories:

У стен есть уши

Сосед-нефтяник был самых честных правил и своих представлений о работе вентиляции. Поэтому я сперва просто уныло смотрел, как из моей вентиляционной отдушины сыпется пыль. Слышится кашель и шеруденье. Скребёт отвёртка.
Потом залез ногами на стол кухонной стенки, взглянул в решетчатую дырку - там багровый лик соседа, очки на носу, папироса в пожелтевших усах, пыхтит под нос как ёжик.
Поздоровались двое соседушек, как ни в чем не бывало, он мне разъяснил: - "Хреновая вентиляция, надо перегородку убрать".

Не знаю, надо иль не надо, но перегородку он действительно убрал. И в кухню моей малосемейки чрез вентиляцию стал бытово проникать свет соседней квартиры - а заодно и запах шкварок да все разговоры и крики по телеку.

А, всё равно малосемейка была из разряда "Господь, жги, тут уже ничего не исправить". Убранная перегородка вентиляционной отдушины в общем хаосе уже ничего не решала.
Вроде малосемейка сама по себе и добротная, кирпичная, но всё в ней как-то через жопу - стены косые, мусоропровод забит, света нет, живёт сплошная алкашня.
Стоит посреди улицы Блюхера, но адрес почему-то по Химиков.
Даже фамилия арендодателя, так и та - Кочерга.

А до нас в этой хате жили какие-то одни из первых лгбт-активистов Омска. Оставили в наследство кучу просветительных буклетов с картинками, где катают друг друга на колах волосатые медвежата в кожаных фуражках.

У них явно были недоброжелатели, не ведавшие, что квартиру уже снимают другие люди, а именно я с молодой женой - и однажды засветили нам в окно булыжником. А это, замечу, третий этаж - да ещё и на первом этаже магазин с длинным выносным козырьком - чтобы засадить такой каменюгой в такую даль нужно было не иначе из пращи пулять - да ещё ловко и прицельно.

А ещё однажды кто-то осатанело ломился ночью в дверь - меня дома не было, жена в ужасе, а эпоха - едва начались нулевые, мобильные не в обиходе, в полицию не позвонить. И время - в Омске ни одного фонаря и сплошная поножовщина.
Спасло то, что входная дверь хоть и деревянная, но была поверх дверного проёма, а не утопленной в него - и ломавший дверь неизвестный, оравший на весь подъезд орочьим басом, клянущийся убить всех, кого из квартиры достанет, не имел шансов - он дверь пинал-пинал, а что толку? Ну пинаешь ты дверь, будь ты хоть буйволиной силушки окаянной, а она в кирпичную стену лишь ужимается.

Но оставаться в хате было все равно стрёмно, поэтому моя отважная жiнка собрала документы, оделась по зимнему, выбралась на балкон, повисла на прутьях для сушки белья, спрыгнула на магазинный козырек.
Потом интеллигентно постучалась в окна на втором этаже, объяснила ситуацию, сжалившиеся соседи пропустили.
Прошмыгнув по лестнице, куда с третьего этажа неслись яростные крики, обещания расправы да громыхание сапога в дверь, выбежала на ночную улицу, удачно поймала такси да укатила к матери на Левый берег.

Впрочем, жизнь со временем наладилась.
Неизвестные просекли, что однополые возлюбленные уже давно покинули это унылое дупло разврата, ноне в этом дупле бытуем мы. А нас-то чего дратовать?

В соседней хате Сергей Иваныч, мастеровитый разработчик недр, бывал лишь наездами - работал по прежнему в этом своём Урае, а квартиру в Омске для дочки-студентки похлопотал.
Дочка, Ольга, была красивая, с тонкими чертами, миниатюрная. Вежливая, ко мне всегда на "вы".
К ней подруга часто ходила, Катя - тоже красивая, рослая, длинноногая, блондинка, шалавистая и блядовитая, но ещё в том возрасте, когда даже отъявленная дискотечная профура выглядит милахой.
Ну правда, запахнется в пальто, глазками стрельнет - и всё понятно, но нравится. Ах, молодость-молодость, кхе-кхе!
Ну и ещё какие-то девки захаживали порой - а вот мужиков, надо кстати сказать, к себе не водили.

Раз валяюсь я на кухоньке, книжку читаю.
А девки за стенкой, в тройственном составе - Оля-хозяйка, Катя-блядовитая блондинка и ещё какая-то - не определил кто, но голос приятный - пьянку устроили.
Бабьи посиделки, с собой водка, "Миринда" в качестве запивки.
Собрались втроём за кухонным столом, да беседы девичьи ведут.
Ну, я, естественно, бросил книгу, погасил свет, чтобы без палева, да залез на стол, ухо к вентиляции.

- "А по тебе и не скажешь, что ты ещё девочка - ты так уверенно двигаешься", - обсуждают поход на дискотеку, третью-неизвестную.
Две опытные 18-летние говорят о своей ровеснице-девственнице с неподдельным восхищенным уважением.
Та же стесняется.

Она местная. Ну почти, из Омской области, из какого-то посёлка, поступила в облцентре - город-то хоть и тоска, но всё-таки ощутимо студенческий.
Оля из Урая, соответственно. Отец-нефтяник. Брат местный авторитет - отчего в Урае она пользовалась неприкосновенностью. Но на Омск юрисдикция брата не распространяется.
Катя из Лянтора. Отец у нее откуда-то из Эстонии - заделал её, будучи на заработках на северах, да уехал к себе в мызу, откуда о нём ни слуху, ни духу. А после и вовсе - страны разошлись, она безотцовщина.
Живет с мамой, мама мужиков к себе таскает. Те как напьются, так и давай её девку малолетнюю щупать.

Водка разливается уж не единожды, девки смелеют.
- "Девчонки, а как они кончают?" - чуть подрагивающим от волнения голосом спрашивает девственница.
- "Ну, они как-бы, ну...", - Оля с трудом подбирает для неопытной подруги слово, - "ну, как будто резко плюют".
Это звучит смешно - девки хохочут, я тоже начинаю гыгыкать, но вовремя вспоминаю где я и давлюсь в кулак.
- "Чё, прямо вот плюют? А как узнать, когда он, ну это - кончит?" - продолжает любопытствовать, чуть смущаясь.
- "Да не знаю", - ответствует Оля - "Я ещё целкой была, мы с этим, ну первым моим, в комнате такие закрылись, ну типа музыку такие слушаем. Я ему сосу такая, а тут мама мне кричит с кухни - Оля-я, иди сюда, чай принимай. Я ей такая, как-бы без палева кричу - щя-я-яс! - а он мне такой как кончит! И я кричу - щя-я-яс! - а самая захлебываюсь такая, ваще капец!".
Девки ржут.
- "Щя-я... щя-я-яс!", - девки начинают повторять на все лады, выразительно прерываясь, и хохотать. Я тоже за стенкой гнусно ржу. Только беззвучно. Хотя порой нет-нет, да и хрюкну.

- "А поебаться нам негде, в комнату родаки у меня без стука ходят", - продолжала Оля, опрокинув ещё по чарке, - "Мы в сортир пошли. Он мне тыкает, а стоя капец, нихуя не выходит, у него уже мягкий, тычет как ото щенок носом. Там не то что целку порвать, там и попасть не может. Я ему говорю - Илюха, ну и нахуя ты выебывался, типа все умеешь, вон ничего не умеешь, а он только мостится, сопит как шмаровоз - я ему говорю уж, давай быстрее, родаки сейчас запалят".
Разлилась "миринда", пустая бутылка грюкнула брошенная в угол.
- "Ну я в итоге сама себе два пальца в пизду запустила, целку сама себе рву, а она не рвётся - больно вообще капе-ец. Ну в итоге порвала, но там уж ничего не успели - хорошо крови хоть не было, а то залила бы там всё, вот, блять, весело бы было. А Илюха потом, козёл, всем трепать давай, что он, блять, Ольку-то Воронову распечатал - да нихуя он не распечатал, я сама..."

Катя рассказывала еще как сосала, да блеванула - в глотку давил.
Оля жаловалась, что все тычут, как котёнка мордой в миску, а так чтобы куни сделал кто, так никто.

Много еще всякого рассказывали. Я восхищенный просто врос в вентиляцию, вспоминая тот анекдот, где во время женской посиделки из шкафа выпал прятавшийся там, умерший от смущения поручик Ржевский.

Водка однако закончилась. Хмельные девки желали продолжать.
- "Ну чо, девки, надо идти - какую бутылку будем брать, маленькую или большую?"
- "Конечно-же большую!" - внезапно заорал я, всё-таки потеряв от восторга над собой контроль - в следующую секунду в ужасе осёкся, но было поздно.

Девки собрались за стеной вихрем, быстро и молча.
Хлопнула дверь, явно они где-то продолжили - трём молодым девицам найти даже в позорном Омске ночной приют - плёвое дело. Где-то, но не за стенкой.
Язык мой - враг мой. Прав был классик.

Утешаюсь только тем, что на хате той мы не задержались. Очень уж там стрёмно было.
Да и вообще из Омска я вскоре свалил.
Я всё понимаю - Иртыш-там, Достоевский в ссылке, Егор Летов, но город - не знаю как сейчас - а тогда просто пипец был.
Никакой ностальгии.
Да, такой вот я неблагодарный - меня, значит, он прикормил, вспоил на своих желтых водах, а я ему сейчас вот хулу всякую излагаю, да поклёп.
Tags: Rosseûško-Matuško, Мемуары Муми-папы, Проба пера, Смотрю за жизнью в замочную скважину, Эти забавные животные, Я кончел
Subscribe
promo haydamak ноябрь 2, 2017 16:21 3
Buy for 100 tokens
Я Александр "haydamak" Бутенко, и у меня много ипостасей, писательство - одна из них. Да, я пишу книги, мне это нравится, моим читателям тоже, и я намереваюсь какое-то время делать это и впредь. Что это за книги? Рассказываю про "Если бы Конфуций был блондинкой". Мои книги возможно…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments